Иероглиф «Хэсие» (гармоничное развитие) на визитках парторгов

Чтобы перейти к описанию мотивов и политических обстоятельств крупнейшей внешней инициативы Китая – проекта «Шелковый путь» надо хотя бы крупными мазками или наглядными примерами обрисовать особенности системы власти и проведения линии правящей КПК в жизнь. Какова теперешняя китайская цивилизация?

Все знают выражение «китайские церемонии». Чтобы приять решение в Китае, это нужно столько интересов правильным образом состыковать, это такое собирание паззла для любого управленца, что сколько русский человек ни пытается понять, он просто никогда не поймет. Более 10 лет назад руководство государственного комитета по охране окружающей среды, тогда еще не Министерства, вместе с Государственным советом и соответствующими ведомствами предлагало принять закон об охраняемых природных территориях на месте древнего положения о природных резерватах. Сейчас, в 2015 году, проведя тысячи межведомственных совещаний, они подробно рассказывают какие сложности у них остались перед тем, как первый полный черновик закона будет выдан на согласование ведомств.

В то же время существует множество очень разных механизмов делегирования властных полномочий. Причем они развиты гибко. Более того, сегодня, когда центральное руководство обозначило переход к системным трансформациям, у местных элит укрепилось представление, что места зажимают и им недостаточно самостоятельности в решениях. Чтобы оценить степень самостоятельности политического руководства провинций достаточно сказать, что за взаимоотношения с 4-мя дальневосточными субъектами Российской Федерации де-факто отвечает провинция Хейлунцзян. Она назначена старшей (смотрящей) по большинству вопросов за пределами узкого круга каких-то очень специальных национального уровня проектов типа газовых и нефтяных труб. Во всех остальных вопросах – обрабатывать или нет соседние пустующие земли, строить ли там ЦБК, засылать ли туда рабочих на лесозаготовки – десятки и сотни других проблем, это вопросы, решаемые в провинции, про которые в Пекине к счастью своему узнают лишь из отчетности.

При этом вполне европейский принцип субсидиарности крайне развит в Китае. Собирая большие налоги, центральное правительство обладает большими ресурсами для инвестиций. Тем не менее, эти инвестиции никто не вложит, если 30-40-50-80% не будет вложено другими акторами, которые находятся на местах. И система принятия решений так же устроена.

В Китае не существует федеральных ведомств, хозяйствующих на местах. Есть отдельные исключения, которые только подчеркивают правило: описанные ранее военные национальные совхозы и национальные лесхозы существуют параллельно с местными. На 99% все остальное, кроме армии, местное. Полиция местная, промышленность местная, транспорт местный, реки, если они находятся на территории провинции, местные. И это значит, что они реально управляются местными органами водного хозяйства, которые в административном плане являются частью местного правительства и только в части "научно-технического и нормативного обеспечения функций" подчинены Минводхозу.

Дичайшая история в префектуре Силингол (Внутренняя Монголия), где для развития угольных копей хотят взять верховья Халхин-Гола и еще 3 речки, сунгарийского бассейна, и повернуть их в Силингол, в котором никаких речек уже нет. Все эти реки относятся к Внутренней Монголии, поэтому центральное китайское водное министерство имеет огромные сложности с пресечением этого небогоугодного, незаконного водооотвода. Они могут только рекомендовать, но запретить не могут, хотя речка международная. Это крайность, которая лишь отражает, что Китай де-факто весьма децентрализованное государство.

Чрезмерных полномочий управлять всем этим хозяйством у «китайской федерации» нет, а есть полномочия мудро направлять это в рамках отпущенных министерствам полномочий, а также контролировать деятельность. Генеральная линия ЦК КПК доводится разными способами. Китайский народ стонет от некоторых способов доведения, но занимаются этим партийные органы. Они для этого собственно и есть, чтобы политика, проводимая правительством, была всем понятна и все чувствовали себя включенными.

Инструктаж
Инструктаж

«Инструкторы райкомов», которых в России благополучно отправили в небытие, пока еще есть, но постепенно, при росте эффективности управления системой, отмирают. Все чаще в небольших организациях-компаниях просто сдваивают должности. Вот прекрасный пример - лесхоз в Тайпингоу (малый Хинган на берегу Амура). Местный дядька, классический парторг, антиамериканист, браконьер, ездящий под русский берег потому, что там рыба жирнее, владеющий самым крупным рестораном в этой деревне. В результате выдавливания людей из лесу там сложился кадровый голод и в какой-то момент, когда посадили прежнего директора, новым директором поставили парторга, не освобождая от партийной должности. Это очень обычный случай: - «чтобы под ногами не мешались», благо они всегда очень связаны.

А в крупных компаниях не сдваивают, т.к. там на это есть естественная штатная должность, да и большой начальник лишним не бывает . В Экспортно-импортном банке Китая есть парторг - председатель совета, а есть управляющий президент банка. Надо внимательно смотреть иероглиф на визитке, иначе можно перепутать главного парторга с президентом.

Есть субъективное ощущение, что в Китае с приходом Си Цзинь Пина совпал системный сдвиг. В терминах теоретической модели развития экстенсивный этап эволюции Китая как серединной империи, исчерпан и начался переход к интенсивной ветви эволюции. Об этом свидетельствуют все информационные обзоры, на трех языках. По всем англо-русско-китайским обзорам (экономическим, экологическим и культурным) получается, что многовековой изоляционизм, составляющий чуть ли не основу китайской культуры, перестал отвечать интересам Китая как общественной системы. На протяжении последних двух столетий наблюдаются разнообразные попытки преобразования этой системы таким образом, чтобы она, вобрав в себя все эффективное, что есть в существующей (мировой) системе, все же не стала подчиненной системе Западного мира.

Причем в культурологическом аспекте у Китая есть для этого огромный потенциал. Приходящие извне вещи, во внутреннем закрытом Китае, проходят серьезную обработку и отбор, прежде чем становятся безопасными для употребления в авторитарной китайской системе. Таким способом идет «китаизация», благодаря которой Китай уже вобрал огромное количество культурных, экономических и всяких других инструментов. Но еще более значительная часть этих инструментов, хотя удобна в обращении и вошла в обиход, но остается в недопереваренном состоянии, в виде множества общественно-экономических полуфабрикатов. Дело в том, что на таких скоростях, как в последние годы, традиционная китаизация не поспевает за жизнью. Поэтому для значительной части новаций, потенциально полезных для такой огромной системы, нужно время. В течение этого времени недопереваренные инструменты, как в карантине, могут массированно использовать, но вовне или на периферии собственно внутренней жизни Китая.

Одновременно с этим в последние 4-5 лет стало понятно, что дефицитом в Китае являются не ресурсы, которые довольно легко привлекаются извне, а приемлемая для жизни социально-экологическая среда, которая позволяет поддерживать общественное согласие – гармонию... Два иероглифа «хэсие» – гармоничное, сообразное, уравновешенное... Еще с прошлого этапа правления гармония стала, по сути, основным политическим иероглифом. Типичным примером «хэсие» (и попыткой китаизации) на предыдущем этапе был провозглашенный тезис о триединоначалии китайского общества, полностью включающий крупный капитал в ряды легитимных строителей коммунизма.

Си Цзинь Пин настроен на более решительную трансформацию, чем традиционными темпами идущая китаизация западных ценностей. Новое руководство, по всей видимости, понимает, что традиционный процесс не сработает так быстро, как надо. Поэтому идет на куда более радикальные малопопулярные меры, подталкивающие системные изменения, но при этом сужающие пространство для реального самовыражения.

Примером системного подкручивания гаек стала «теория экологической цивилизации», которую разрабатывали аж 15 лет, еще в прошлые правления. При новом лидере этот обычный коммунистический лозунг достаточно быстро превратили во всеобъемлющий свод конкретных поправок в существующие социально-экономические, образовательные, культурные и любые другие задачи государственной политики по 30 направлениям. Главная идея реформы - внедрение экологических ценностей и задач во все аспекты развития общества и воспитания людей. «Позиция ЦК КПК и Госсовета КНР об ускорении строительства экологической цивилизации» предлагает 10 жестких мер по созданию системы экологической ответственности и новых природоохранных стандартов. Они касаются энергоэффективности, ресурсосберегающих технологий, безотходных производств, экологического зонирования территорий, назначения пределов допустимой нагрузки на природные объекты, внесения экологических критериев в систему аттестации госслужащих всех уровней и т.д.

Такой решительный подход позволяет надеяться на переход китайской цивилизации от экстенсивного "грязного" роста в боле равновесное со средой своего обитания состояние, которое позволит ей более циклично использовать ресурсы, дышать чистым воздухом, установить более приемлемую систему отношений, в том числе между людьми через ресурсы. Чтобы использование ресурсов одними китайцами не приводило к ущемлению интересов других китайцев.